Сокровище смиренных (stulchik) wrote,
Сокровище смиренных
stulchik

Рецензия

У иностранцев, я так понимаю, все время так получается: когда они снимают фильм о загадочной русской душе, получается всё равно о черной икре, которую расписными ложками, залив водкой, ест Ленин.

Всё правильно: загадочная русская душа, определение из серии какие-то там мужики настолько суровы…, которое мы видим примерно так же часто, как черную икру на наших столах, в честь праздника святой троицы, крещения руси, казанской божьей матери и других рождеств, отмечаемых нашим народонаселением с размахом, достойным самолета даже до вшивого Иваново, чего уж там до Владивостока.

Короче, голландская режиссерка сняла не фильм, а необязательный столовый набор к свадьбе от будущей тещи о Борисе Рыжем, понадергав, как ей показалось, самых показательных (отчаянных?) цитат из его стихов, снабдив это медленными кадрами вздорных бабусек, даунов Петей, реального незубастого уркагана, которому только не хватает разбушлатиться в тамбуре, ну и других прелестей, типа русской зимы, не удосужившись даже узнать, что в ту самую загадочную русскую (зиму) (душу) обмерзлое пиво пьют все повсеместно (под)по(д)вальные обитатели отвратительных (кто их только выдумал) меховых стоячих шапок и обитательницы обтягивающих теплых, старозаветных легинсов, с еще большей, отчаянной интенсивностью, в надежде дожить до лета, когда всё это можно будет делать уже обнажившись до животов и полных, в автобусную гармошку, бедер. Это тоже загадка русской души, так же, как из продуктов русского автопрома безнадежно показывают иноверские «факи» в случайно забредшую иностранную видеокамеру, не боясь при этом вовремя не переключиться на нужную передачу с помощью рычажка с дебильной розочкой у его верхнего основания, да посмотреть на кивающую головой собачку рядом с рулем. Такие вот молчаливые дебилы и возили Рыжего мимо кладбища, цирка, острога.

Сын Бориса говорит о том, что папа поступил как дурак. Если бы вечность была, папа бы мог хорошо вдарить сыну, с которым не бродил за руку по листьям сухим, как однажды мне влепил мой отец, лет в семь, когда я сказал, мол, вот, мы рыбы наловили, а мама ее «жрать будет». Я тогда, помнится, упал в канаву.

Еще там есть музыка Beirut. Музыка богобожественна, но, право слово, земная шваль, бандиты и поэты из Свердловска, ржали бы, узнав, что фамилия музыканта – Кондон.
Василий Кончев, Гончев – «Ге»! – как писал Рыжий в самой прекрасном, что сделал он, не говоря уже о режиссерке из Голландии.
Tags: Александр Безыменский, Андрей Белый, Борис Рыжий, Максим Горький, критик Латунский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments